(Из сборника Фёдора Ивановича Буслаева, 1818 – 1897)
В столном было граде Киеве
У великаго князя Владимира было пированье почестное
На многия князи, и бояря и на силныя могучия богатыри.
И как пошел пир на новоселье
И зговорит князь Владимер киевски своим руским богатырям:
“То вам, богатырям, ведомо ли,
Что отпущает на меня царь ис Царяграда сорок два богатыря,
А велит итти ко мне изгонею в Киев град.
И вам, богатырям, накрепко стоять,
С столнаго града Киева
Отъезду никакова не учинить никуды себе из моея вотчины.”
И заслышали руския богатыри таково слово,
И пошли оне из-зо стола, недокушамши;
Бьют челом оне великому князю Владимеру киевскому семь богатырей:
Первой богатырь славны Илья Муромец,
Второй богатырь дворянин Залешенин,
Трети богатырь млад Алеша Попович,
Четверты богатырь Глапит,
Пятой богатырь Сухан Домантьевич,
Шестой богатырь дворянин Белая Палица,
Седмой богатырь Добрыня Микитичь, –
Что зговорят богатыри таково слово:
“Государь ты велики князь Владимер киевски!
Не извадились мы, государь, дома сидеть,
Извадились мы, государь, сами ездить по полю по чистому, побивать люди многия:
Отпусти нас, государь, в поле чистое,
Мы тебе принесем весть правую и языки приведем многия.”
И зговорит велики князь Владимер киевски:
“Не пригоже вам меня покинуть в столном граде Киеве,
А я тех людей жду к себе с часу на час.”
И в те поры руския богатыри закручинились,
Ударили челом князю и прочь пошли.
Идут же богатыри ко своим добрым конем,
И кладут на себя доспехи крепкия,
Садятца богатыри на свои добры кони,
Едут же богатыри в поле чистое прямых вестей проведывать.
И зговорят едучи промежь себя таково слово:
“Лутче нам той срамоты великия,
Как случитца нам в чистом поле смерть недобрая,
Пойдем мы прямо к Царюграду.”
И как будуть богатыри от Царяграда за в҃і (двенадцать) верст,
Перееждают богатыри Смугру реку, –
Ажно едут в стречу в҃і (двенадцать) человек,
Все калики перехожия, а платье калическое.
И приехал к ним млад Алеша Попович,
А сам говорит им таково слово:
“Братцы вы, каличи перехожия!
Давайте вы нам с себя платье калическое,
А у нас берите платье скорлятное – скорляту белаго.”
И зговорят каличи таково слово:
“Ой еси ты млад Алеша Попович!
Не дадим тебе мы своего платья калическаго.”
А у калик атоман, а зовут ево Никитою, а родом Карачевец.
И приеждяет к ним другой богатырь – Илья Муромец,
А сам говорит таково слово:
“За то нам бранитца не за што:
Емлите вы у нас платье светлое,
А нам давайте платье калическое.”
И зговорят каличи таково слово:
“С тобою говорить, Илья, нечево, и спору нет.”
Дают же каличи перехожия свое платье
Сь себя калическое руским богатырям,
А богатыри дают сь себя свое платье светлое.
Да спрашивает их Илья Муромец перехожих калик:
“Почто, Никита, ходил во Царьград?”
Никита ему сказал таково слово:
“Ходили мы проведывать прямых вестей:
Есть ли отпуск из Царяграда богатырям ко граду Киеву?
И те вести нам прямо неизменныя:
Ездят богатыри во Цареграде,
А хвалятца при царе,
Что хотят ехать х Киеву
И в Киеве учинить сеча великая,
А князя Владимира и ево княгиню и сь ево богатыри в полон взять.”
И заслышали руския богатыри таково слово,
И зговорит силны богатырь Илья Муромец своим товарищем:
“Слышите ли, братцы, таково слово:
За совет слуги и головы складывают?”
И оставляют тут богатыри своих добрых коней
У Смугры реки и все свои наряды богатырския,
Емлют же по одной по булатной палице
И те несут под полами.
И пошли прямо ко Царьграду.
Идучи, говорят таково слово:
“Кто у нас, братцы, говорить горазд языком татарским?”
И зговорит дворянин Залешенин:
“Всех у нас лутче говорить млад Алеша Попович:
Каков он трезв, таков и пьян, и всех нас лутче бранитца.”
И как пришли богатыри во Царьград,
И в те поры идет у царя стол навоселной,
А в столе подают третью еству.
И учали калики прошать у царя на новоселье милостыни,
Стоючи против окна царсково,
И воскричат громко голосом.
И услышал тут царь Констянтин
Сам калик прошения из своея полаты царския,
И взговорит царь Констянтин своему богатырю Тугарину Змиевичю:
“Вели позвать калик в полату ко мне,
И услышу по речам о киевских вестях:
Либо что они ведают?”
И позвали в полату калик тех ко царю,
И царь учал их спрашивать:
«Скажите нам, каличи перехожия,
Ис котораго града ходите?”
Изговорит туто стоючи Илья Муромец:
“Ходым мы, государь, ис Киева града
От князя Владимера киевскаго”.
А против царя сидит ево богатырь Идолище жидовское.
И зговорит богатырь Идолище великому царю Констянтину:
“Государь ты волной царь! Спроси их о киевских богатырях:
Сколко их ноне у великаго князя Владимира киевскаго?
И зговорит туто стоючи Илья Муромец:
“В Киеве, государь, л҃в (тридцать два) богатыря, да удалы добре;
Необычно есьть славен богатырь Илья Муромец”.
И рече царь Констянтин:
“Каков он рожею и ростом?
Посмотри по нашим богатырям.”
И зговорит стоючи Илья Муромец:
“Ростом толко с меня и рожею походил на меня.”
И зговорит туто сидечи Идолище великое посмехаючись:
“Аще ли правда, что он таков, Илья Муромец,
И я ево посажу на ладонь, а другою раздавлю”.
И зговорит Идол богатырь царю Констянтину:
“Не мешкай, государь царь Костянтин, службы богатырския,
Отпусти нас скоро х Киеву граду:
Волного слова не будет солгонова.
Мы как будем в Киеве,
И привезем мы к тебе великаго князя Владимира киевскаго
И с княгинею ево и с ево багатыри,
И в Киеве учиним сечу великую”.
И не стерпел такова слова слышать млад Алеша Попович,
И зговорит таково слово Идолищу:
“Как ты приедешь х Киеву, такова тебе слова не говорити,
И не узнаешь от Киева дороги и не путем прочь поедешь;
И еще тебе живу не отеждевать прочь от Киева”.
Идолище же на него осержаетца.
И зговорит дворянин Залешенин:
“Твоего, государь, царскова меду упился калика и говорит ни ту ни сю.”
И зговорят Алеше товарищи потихоньку:
“Уйми свое сердце богатырское, потерпи малешенко;
Нелзя нам с тобою такова слова молвити”.
И спрашивает их царь Констянтин:
“Видали ли вы в Киеве лошадей богатырских?”
И зговорит дворянин Залешенин:
“По вся дни видаем мы лошадей киевских богатырей”.
И зговорит богатырь Идолище великое:
“Государь ты волной царь,
Вели показать наши лошади богатырския.”
И скоро ведут лошади богатырския:
Идолища богатыря лошадь
Ведут к҃ (двадцать) человек на двух цепях золотых;
Ведут же лошадь богатыря Тугарина Змиевича десять человек;
И калики лошадей видели.
И зговорит дворянин Залешенин:
“Сверху, государь, мы не умеем смотрить:
Вели, государь, нам на земли посмотреть.
Идут же калики от царя ис полаты;
Ись сенец оне лошадей смотрели,
И говорят промежь себя, идучи:
“Теперво нам, товарищи,
Пора пришла – готовте вы свои булатныя палицы”.
И скоро кинулись калики, и отнели по добру коню,
И полетели тут головы богатырския и татарския;
И сели на добры кони и поехали из града вон.
Один остался тут млад Алеша Попович,
А сам говорит царю таково слово:
“Потому есть поехали из града вон,
Что оставили мы своих добрых коней богатырских у Смугры реки,
А хотим мы с тобою и с твоими богатыри переведатца”.
И ударя челом царю,
И поехал прочь до своих товарищев и к своим добрым конем.
И учали богатыри руския нарежатца
И класть на себя доспехи крепкия
И емлют свою збрую ратную;
Ажно скачут богатыри от Царяграда погонею великою.
И зговорит млад Алеша Попович своим товарищем:
“Постойте, братцы, малешенко,
Дайте мне с ними переведатца и поперетись.”
А Илья Муромец встречает их от своего стану в полуверсте
И все богатыри за ним же.
И скоро богатыри съехались и ударились копьями, вострыми концами,
Испробили на себе все доспехи крепкия копьями вострыми,
И по присатки [копья] поломались.
И зговорит Илья Муромец:
“Уже ли збили богатырей з добрых коней?”
И побили туто всех богатырей сорок человек,
А двух живых взяли: Идола Скорепита да Тугарина Змиевича,
И поехали ко Царюграду ко царю Констентину.
И зговорит Илья Муромец:
“Ведомо ли тебе, царю:
Мы твоих богатырей побили, а двух живых взяли?
А тебя мы, царя, ничем не двигнем ни черным волосом,
Потому что мы поехали ис Киева
Без государева ведома на похвалу твоих богатырей.
И мы тебе не отдадим твоего богатыря Тугарина Змиевича,
Отдадим тебе твоего богатыря Идола Скоропита,
А с собою емлем в Киев град
Ко князю Владимеру на показ Тугарина Змиевича, богатыря удалова”.
Не белая лебедь воскликала, восплачетца Тугаринова мать:
Бьет челом руским богатырям и благоверной царице Елене:
“Благоверная царица! Упроси ты у руских богатырей”.
И зговорит благоверная царица Елена:
“Ой еси ты Илья Муромец с товарищи!
Отпустите вы Тугарина Змиевича;
Утрите вы слезы кровавыя,
Не нанесите на себя клятвы вечныя.”
И зговорят руския богатыри таково слово:
“Государыня благоверная царица Елена!
Не двигнем мы Тугарина ни черным волосом
Для твоего, государыня, прошения;
А Тугарин будет в Киеве граде у князя Владимира киевскаго
И потом будет во Цареграде у тебя, государыня!
А тепер-во нам оставить во Цареграде нелзя,
Потому что нам государю
Великому князю Владимеру ударить челом нечим.”
И руския богатыри ударили челом царю Костянтину
И поехали прочь х Киеву граду.
И ведут богатыри Тугарина Змиевича,
И едут богатыри по полю по чистому.
И как будут богатыри близ града Киева,
Выбирают себе богатыря Залешенина
И посылают ево ко граду Киеву
Ко князю Владимеру киевскому со здоровьем.
И приехал дворянин Залешенин в Киев град
Ко князю Владимеру киевскому и говорит таково слово:
“Многолетное здравие государю великому князю Владимеру киевскому!
Вели, государь, нам, холопям твоим, свои очи видети!
Были мы, государь, без твоего государева ведома
Во Цареграде для твоих государевых недругов,
И убили во Цареграде сорок богатырей, а двух живых взяли:
Идола Скоропита да Тугарина Змиевича;
Одново отдали царю Констянтину, а другова с собою взяли –
Тугарина Змиевича, удалова богатыря.
А к тебе, государь, приехал дворянин Залешенин
К великому князю Владимеру
Править от своих товарищев здоровье.”
И государь их пожаловал:
Велел им приехати к себе.
И приехали богатыри в Киев град
К великому князю Владимеру и привели языка –
Доброва и удалова богатыря Тугарина Змиевича.
И государь их пожаловал за ту службу верную:
Давал им шубы соболиныя и цепи золотыя великия,
Да им же говорит таково слово:
“И впред я буду вас жаловать за вашу службу верную.”
Спрашивает велики князь Владимер киевски
Тугарина Змиевичя о вестях:
“Что у вас вести во Цареграде?”
И зговорит Тугарин Змиевич таково слово:
“Что ты, государь, меня спрашиваешь о вестях?
Все вести у тебя, государь.
Нет, государь, тебя грознея во всех царствах,
А богатырей твоих нет удалея во всех землях.”
Бьет челом Илья Муромец с товарищи:
“Смилуйся, государь, велики князь Владимер киевски!
Отпусти, государь, Тугарина Змиевича:
Дали есть слово благоверной царице Елене,
Что нам у тебя, государя, упросити Тугарина Змиевича.”
И зговорит князь Владимер киевски своим богатырям:
“Были вы во Цареграде, и всех богатырей в поле побивали.”
Отпущают же Тугарина Змиевича
З добрым конем и з збруею ратною,
И провожают ево до Царяграда до рубежа,
И отпустили ево во Царьград.
И зговорят ему богатыри таково слово:
“Скажи ты, Тугарин Змиевич,
Государыне благоверной царице Елене:
Еще есмы в правде устояли и царское все исполнили:
Государю служба служена и честь получена.”
И поехали богатыри назад в Киев град
Ко князю Владимеру киевскому
И стали славно жить во граде Киеве,
И их храбросьти слава не минуетца.
(“Русскiя былины старой и новой записи”, под редакцией академика Н. С. Тихонравова и профессора В. Ф. Миллера, Москва – 1894 г., Отдел первый – былины старой записи, стр. 47 – 53)
