Опубликована: 28 февраля 2026 года
О названиях русского и славянских народов
Поляне, горяне и древляне – народы, населявшие местность в среднем Приднепровье и по реке Припять во времена “межцарствия – темных веков”, считая с того времени, когда Империя гуннов распалась в 453 году н. э. и до образования государства Русь в 912 году, когда все эти народы вновь стали именоваться одинаково, только уже не славянами, а русью. Таким образом, славянские народы имеют единое название только тогда, когда они входят в состав какого-либо государства; и это название теряют, принимая новые (каждый народ своё), когда государство распадается.
По всей видимости, со славянскими народами полян, горян и древлян случилась подобная ситуация. Известий о горянах в летописи почти не осталось, а вот о полянах и древлянах можно узнать из “Повести временных лет”:
“Поляне же, жившие сами по себе, как мы уже говорили, были из славянского рода и только после назвались полянами, и древляне произошли от тех же славян и также не сразу назвались древляне.”
© Повесть временных лет.
Русская летопись говорит о том, что поляне и древляне раньше имели другие названия и были при этом “из славянского рода”. Таким образом подтверждается, что славянский род был большим и не однородным, так как поляне и древляне были только частью этого рода, потому что были “из славян”, но при этом управлялись каждый своим родом, как говорится в летописи:
“И по смерти братьев этих [Кия, Щека и Хорива] потомство их стало держать княжение у полян, а у древлян было свое княжение, а у дреговичей свое, а у славян в Новгороде свое, а другое на реке Полоте, где полочане.”
© Повесть временных лет.
Такое положение вещей характерно для славянских народов. Потому что, славяне живут вместе только тогда, когда они находятся в составе единого государства, управляемого не славянами. Наиболее ярко это проявилось у славянских народов, входивших в состав Австро-Венгерской империи. К примеру, в 19-м веке не существовало ни одного самостоятельного славянского государства. Все сохранившиеся к тому времени славянские народы проживали в составе трёх империй: Российской, Австро-Венгерской и Османской.
Благодаря победе Российского государства в ходе Русско-турецкой войны 1877 – 1878 годов, в 1878 году восстановила свою государственность Болгария, первоначальное управление которой взяла на себя русская администрация, пока не были созданы собственные институты. Став первым славянским государством поздней эпохи, Болгария никогда не чувствовала себя обязанной чем-то России и в двух мировых войнах выступала на стороне наших врагов. Это чисто “по-славянски”, наплевать на тех, кто тебя освобождал и встать под крыло тех, кто в данный момент сильнее.
Возвращаясь к славянским народам Австро-Венгрии, получившим свою независимость после окончания Первой Мировой войны, можно сказать, что они воспользовались падением империи и разделились на два Союза: Чехословакию и Югославию. Но и эти славянские объединения на смогли долго существовать в составе единых государств.
В 1992 году произошло разделение Чехословацкой Федеративной республики на Чешскую Республику и Словакию. Причиной разделения страны на части стали экономические, этнические и религиозные разногласия. Более богатая и промышленно развитая Чехия не захотела делиться своими доходами со Словакией, в которой преобладающую роль занимает сельское хозяйство. Половина населения Чехии проповедует атеизм, что никак не вяжется с традиционным христианством у словаков. Довершает картину разногласий этническая неоднородность двух народов. Чехи относятся к западнославянскому народу – моравам, а словаки ближе к русскому этносу, хотя и считаются западными славянами.
С Югославией произошла похожая история. Пока она находилась под централизованным руководством бессменного президента Иосипа Броз Тито, это было единое федеративное государство, включающее в себя шесть славянских республик. После его смерти в 1980 году, институт президента Югославии был упразднён. Страной стал управлять Президиум, в котором главы республик по очереди руководили Югославией, сменяясь каждый год. Экономические проблемы, возникшие в конце 80-х годов прошлого столетия, разорвали страну на части.
Распад Югославии спровоцировал серьёзные конфликты между славянскими республиками, которые переросли в войны на этнической и религиозной почве между славянскими, прежде братскими народами. Первыми покинули Югославию четыре республики, народы которых ранее были поддаными Австро-Венгрии. Оставшиеся две республики, Сербия и Черногория, подверглись агрессии НАТО в 1999 году, после чего окончательно разделились в 2006 году. Югославия, как и единый народ “югославы” перестали существовать.
Похожая ситуация со славянами происходила и тысячью годами ранее.
По всей видимости, славянские народы, в 10-м веке объединённые Русью в единое государство, ранее были также разделены, как народы Югославии и Чехословакии, кто мирно, а кто и силой. А перед тем разделением славяне, по всей видимости, входили в состав другого государства, подобного Австро-Венгрии или Османской империи. В 4-м и 5-м веках нашей эры славянские земли вошли в состав Империи гуннов (венгров), а некоторые были завоёваны тюркскими народами (булгарами).
Завоеванию тюркскими народами подверглись славяне, жившие к югу от Дуная, где сейчас находится Болгария. Как назывался тот славянский народ, трудно сказать, потому как после завоевания хазарами, они стали называться болгарами. Это произошло до 375 года. Живший в то время к югу от Дуная славянский народ оказал существенное влияние на своих захватчиков – булгар. В результате чего, прежде тюркский народ, булгары ославянились и стали болгарами – южнославянским народом. После падения Византийской империи (в 1453 году) болгары были захвачены османами, в результате чего мог начаться процесс обратной ассимиляции болгар в турок. Непосредственное участие России и вмешательство Русской императорской армии спасли болгарский народ от такой участи, сохранив болгар, как южных славян. О захвате славян хазарами говорится в “Повести временных лет”:
“Когда же славяне, как мы уже говорили, жили на Дунае, пришли от скифов, то есть от хозар, так называемые болгары, и сели по Дунаю, и были насильники славянам.”
В отличие от болгар, захвативших одну из славянских земель и устроивших насилие над живущим там народом, следом за ними пришли венгры или белые угры, которые не захватили, а, наоборот, освободили другие славянские земли от римлян (волохов). Русская летопись повествует об этом следующее:
“Затем пришли белые угры и наследовали землю славянскую, прогнав волохов, которые ещё прежде захватили славянскую землю.”
Гунны (белые угры) пришли с востока для того, чтобы освободить славянские земли от римских подданных – готов, названных в летописи волохами, в 376 году. В этом году гуннский царь Баламбер разгромил готскую армию Винитария и установил владычество гуннов над славянской землёй, по праву наследования. Благодаря покровительству гуннов-венгров удалось выжить многим славянским народам: чехам, словакам, хорватам, русинам, словенцам и многим другим. Население Австро-Венгерской империи состояло на 24 процента из немцев-австрийцев и на 18 процентов из венгров; славяне же составляли 53 процента всей численности населения империи.
Русская летопись указывает места жительства славян до того времени, как они разошлись по землям:
“Спустя много времени сели славяне по Дунаю, где теперь земля Венгерская и Болгарская. И от этих славян разошлись славяне по земле и прозвались именами своими, где кто сел на каком месте.”
Отсюда следует, что пришедшие на Дунай славяне селились не по всей реке, а только там, где они впоследствии были завоёваны хазарским племенем болгар, а также попали под власть венгров, наследовавших землю славянскую. Причина, по которой многие славянские племена ушли с берегов Дуная, также указана в “Повести временных лет”:
“Когда волохи напали на славян на дунайских и поселились среди них и притесняли их, то славяне эти пришли и сели на Висле и прозвались ляхами, а от тех ляхов пошли поляки, другие ляхи – лутичи, иные – мазовшане, иные – поморяне.
Так же и эти славяне пришли и сели по Днепру и назвались полянами, а другие – древляне.”
Летописная история русского народа ведёт свой отсчёт с 852 года или Лета 6360-го, о чём свидетельствует запись в “Повести временных лет”:
“В лето 6360 (852 год), индикта 15, когда начал царствовать Михаил, стала прозываться Русская земля. Узнали мы об этом потому что при этом царе приходила Русь на Царьград, как пишется, об этом в летописании греческом. Вот почему с этой поры начнём и числа положим.”
© Повесть временных лет. Лето 6360.
В русской летописи использовано летоисчисление от Сотворения Мира Византийской эры, берущее своё начало от 1 марта 5508 года до нашей эры. Стоит обратить внимание на то, что в летописи говорится “стала прозываться Русская земля”, потому как “приходила Русь на Царьград”. По всей видимости, речь идёт о новом названии, как народа, так и земли в целом. А это значит, что раньше народ Русь и Русская земля “прозывались” по-другому.
Греки любят давать названия так, как им самим нравится; при этом, сами названия часто не совпадают с общепринятыми. Это касается и самих греков, как все их называют, на римский манер. Сами же греки именуют себя эллинами, а свою страну – Элладой. Исходя из этого, понаблюдаем, как греки-эллины называли Русскую землю и наших предков в разное время. При византийском императоре Константине VII Багрянородном – это была Росия, населенная славянами и росами. Но раньше, во времена Геродота, те же самые греки именовали нашу страну Великая Скифия, а народы, её населявшие – скифами. А вот внутри страны наши народы имели каждый своё название, не такое, как нас называли греки-эллины.
Что касается славян, то это общепринятое название народа к 9-му веку почти исчезло из употребления. Потому как многие славянские племена давно сменили своё название в силу ряда обстоятельств. Своё самоназвание “славяне” из всех славянских народов сохранили только новгородцы. А вот как назывался народ “русь” до 852 года, стоит детально разобраться.
В “Повести временных лет” говорится о народе “русь”, от названия которого стала прозываться Русская земля. О том, откуда появились названиях других народов, прежде всего славянских, в русской летописи упоминаются различные источники:
от названия реки – моравы, полочане, бужане;
по характеру местности – поляне и древляне;
от имени своих правителей – радимичи и вятичи;
от названия города – славяне (новгородцы), о которых в летописи говорится, что они “прозвались своим именем – славянами, и построили город, и назвали его Новгородом.”
В последнем случае, не стоит исключать того, что название народа – славяне (словене) могло произойти, как от названия города – Словенска, так и от названия страны – Славии. Потому как, до нашего времени дошли названия как города, так и страны: Славянск и Югославия. В Холмогорской летописи (приложение 1) имеется произведение, говорящее о русской истории – “Хронографический рассказ о Словене и Русе и городе Словенске”.
В этом “Сказании о Словене и Русе” говорится о государстве – Скифии Великой, созданной правителем по имени Скиф. И вот, в этой Великой Скифии, начались распри и междоусобицы среди наследников Скифа, его правнуков: Словена, Руса, Болгара, Комана и Истера. Такое часто происходит, когда гибнет законный наследник и начинается делёж между другими причастными. В результате такого дележа, приводящего к распрям и войне между наследниками, единое государство, как правило, гибнет. Не избежали подобной участи не только империя Александра Македонского, но и Золотая Орда.
В русской же истории, Словен и Рус, отличавшиеся от своих братьев мудростью и храбростью, не стали драться за наследство своего прадеда, а со своими народами отправились в северные земли (относительно Причерноморья), где и основали свои города и государства, именовавшиеся в те времена “землями”.
Народ Русь, названный так по имени своего правителя – Руса, отличался от своих собратьев, именованных от Словена, воинственностью и желанием вернуть земли, входившие ранее в Великую Скифию. Ведь не славяне, а именно русские (Русь) ходили к Константинополю морем, что нашло своё отражение в нашей летописи, со ссылкой на греческие писания. Вряд ли это был туристический поход. Скорее всего, военные корабли, под командованием князя Руса, пришли к Константинополю (Царьграду), столице Византийской империи, с определёнными требованиями к грекам.
Тот поход не увенчался успехом, но греки поняли, что у Великой Скифии, уже несуществующей к тому времени, появились наследники, желающие её возродить. По какой причине Византия стала ответчиком по этому делу, трудно сказать, но русские проявили такое упорство в достижении поставленной цели, что Царьград, после нескольких неудачных походов на него, пал перед войсками князя Олега в 907 году.
До похода на греков русский князь Олег подчинил себе большинство славянских племён, тем самым, обеспечив фланги и тыл перед важным делом – операцией по взятию столицы Византийской империи, города Константинополя (по-русски Царьграда), обложив после этого Империю данью. После сдачи византийцами Константинополя, князь Олег приказал им:
“дать дань для русских городов: прежде всего для Киева, затем для Чернигова, для Переяславля, для Полотска, для Ростова, для Любеча и для прочих городов: ибо по этим городам сидят великие князья, подвластные Олегу.”
© Повесть временных лет. Лето 6415.
Затем, князь Олег на протяжении пяти лет устанавливал границы нового (вернее возрождённого) русского государства под названием Русь, со столицей в Киеве. В конце лета 912 года русский князь Олег, по прозвищу Вещий, отправил своих послов в Константинополь, чтобы “заключить мир и установить договор между греками и русскими”.
Договор о мире между Византией и Русью был подписан: “Месяца сентября 2, индикта 15, в лето от сотворения мира 6420”. Таким образом, днём образования государства Русь, признанного всем мировым сообществом того времени, следует считать – 2 сентября 912 года от Рождества Христова.
“заключили мир и договор положили между Греческою землею и Русскою, и установили не преступать клятвы – ни грекам, ни Руси.
И жил Олег, княжа в Киеве, мир имея со всеми странами.”
© Повесть временных лет. Лето 6420.
Отсюда следует, что после первого прихода Руси к стенам столицы Византийской империи (852 год) до подписания мирного договора, там же, с уже сформированным государством Русь (912 год), русским потребовалось 60 лет. За это время, наши предки прошли сложный путь: от высадки варяжского десанта в устье Волхова, по призванию местных славян и чуди; строительства города Новгорода на берегу Ильмень озера; взятия под свой контроль полянского города Киева и других славянских земель; и наконец, до военной победы над Византийской империей, вынудившей греческих царей признать Русь и заключить с нею мирный договор.
2 сентября 912 года стало не только дипломатической победой, основанной на силе русского оружия, но и новой страницей в жизни русского народа, а также многих славян, вошедших в состав русского государства. Эта страница стала воистину новой, но, далеко не первой в жизни русского народа. Потому как наш народ сменил своё прежнее название на новое – русь.
Для чего Рюрик отправил Аскольда в поход
Первый российский историк, сподвижник Петра Великого, русский инженер-артиллерист Василий Никитич Татищев в своём труде “История Российская”, опираясь на труды киевского монаха Нестора (Повесть временных лет) и новгородского епископа Иоакима Корсунянина (Иоакимовская летопись) о русских и славянах написал следующее:
“Мне весьма удивительно, что древнейшие русские писатели Иоаким и Нестор тамошних [северных] Славян от прочих отличают, и говорят, что Славяне живут в земле Руссов, а по Днепру издревле жителей Полян, Древлян, Кривичи и проч. не Славянами, но более иными участными званиями воспоминают. Противно тому Константин Порфирогенит [византийский император Константин Багрянородный] Киевских Славянами, а пришедших с Олгом из великой Руси Руссами именует, говоря Руссы Славянами обладали, и Славяне данники Руси.”
© В. Н. Татищев. История Российская. Том 1.2.
Что интересно, В. Н. Татищев, помимо славянских племён: полян и древлян, упомянутых в “Повести временных лет”, в своей “Истории Российской” называет ещё одно славянское племя – горян, упомянутых только в Иоакимовской летописи:
“Славяне, живущие по Днепру, зовомии Поляне и Горяне, утесняемы бывше от Козар, иже град их Киев и прочии обладаша, емлюще дани тяжки и поделиями изнуряюще, тии прислаша к Рюрику преднии мужи просити, да послать к ним сына или ина Князя княжити. Он же вдаде им Осколда, и вои с ним отпусти.”
© В. Н. Татищев. История Российская. Том 1.1.
Если учитывать тот факт, что поляне пришли на берега Днепра с Дуная и названы так, потому что жили в поле, то коренными жителями киевских гор и тамошних дремучих лесов были – горяне. Хотя и называет Татищев горян славянами, вместе с полянами, живущими по Днепру; горяне, по всей видимости, были русскими и с приходом дунайских славян (полян), приняли их как своих, что характерно для русского человека.
То, что горяне были русским народом объяснить совсем не сложно. Как говорится в Иоакимовской летописи, жившие в Киеве поляне и горяне были захвачены и притеснялись хазарами, наложившими на них тяжкую дань и порядки свои изнуряющие. Поэтому, киевляне (поляне и горяне) отправили своих представителей к Рюрику, чтобы просить у него защиты, а также правителя для себя, в виде сына Рюрика или иного князя, с крепкою дружиною.
Рюрик пришел с южных берегов Варяжского (Балтийского) моря в озеро великое Нево (Ладожское озеро) к реке Волхов по просьбе местных славян и чуди, чтобы занять княжеский стол своего деда по материнской линии – Гостомысла. По большому счёту, плевать он хотел на каких-то там полян из неизвестного ему города Киева, по сути своей – дунайских славян, бежавших от римского насилия на берега Днепра.
Рюрик до своей смерти, на протяжении 17 лет правил в Новгороде, никуда не выезжая и занимаясь тем, что устраивал свои дела. Как показывает история новгородцев, народ Рюрику достался не самый простой. Своеволие, бунты, изгнание князей, дорожный бандитизм – всё это было в истории Новгорода, как во времена Ярослава Мудрого и Александра Невского, так и при Иване Грозном.
Поэтому Рюрику хватало и своих забот. Ему было не до земель, находящихся южнее Ильмень озера, а тем более где-то там далеко на юге, в среднем Приднепровье. Однако, несмотря на все существующие трудности, войско он выделил, в том же году, как прибыл к ильменским славянам (862); правда не во главе с князем, как просили, а назначил опытных бояр. Это войско состояло частично из варягов, но костяком его стали русские полки Аскольда и Дира. Вот что об этом говорит русская летопись:
“И было у него два мужа, не родственники его, но бояре, и отпросились они в Царьград со своим родом. И отправились по Днепру, и когда плыли мимо, то увидели на горе небольшой город. И спросили: “Чей это городок?” Тамошние же жители ответили: “Были три брата Кий, Щек и Хорив, которые построили городок этот и сгинули, а мы тут сидим, их потомки, и платим дань хозарам”. Аскольд же и Дир остались в этом городе, собрали у себя много варягов и стали владеть землею полян. Рюрик же в это время княжил в Новгороде.”
© Повесть временных лет. Лето 6370.
Таким образом, стоит разобраться, почему при всех трудностях, ожидавших Рюрика в земле ильменских славян, он отправил в другие земли восьмитысячный отряд подготовленных бойцов, умеющих не только ходить по морям и рекам, но и высаживаться на неподготовленном побережье и штурмовать крепости. Говоря современным языком, Рюрик отправил вниз по Днепру два полка морской пехоты под руководством опытных командиров. Видимо у Рюрика были на то веские причины.
Начнём выяснение этих причин с того, что обратим внимание на одну деталь: кого послали киевляне к Рюрику просить помощи. Если верить Татищеву, а он написал: “тии прислаша к Рюрику преднии мужи просити”, то есть киевляне отправили “в посольство” не кого-нибудь, а именно “предних мужей”, что означает: “прежних, старых мужей”, то есть тех, кто жил на киевских горах до прихода туда полян. И это были горяне. Таким образом, киевляне послали к Рюрику одних лишь горян, или представителей русского народа, у которых было больше шансов выпросить помощь, так как войско Рюрика в большинстве своём состояло из руси.
Прибыв к ильменским славянам, посланники киевлян, русские мужи – горяне не стали напрямую обращаться к варяжскому князю Рюрику, а направились за помощью к русскому князю Олегу. Горяне рассказали Олегу о своём и полянском бедственном положении в Киеве из-за хазарского гнёта. Олег пообещал горянам необходимую военную помощь и рекомендовал посланникам возвращаться обратно в Киев, для того чтобы подготовить горожан к прибытию русского войска.
Так как войсками распоряжался князь Рюрик, Олег направился к нему, чтобы доложить сложившуюся диспозицию. И дело было даже не в оказании помощи полянам и горянам, вопрос ставился более серьёзно, это был вопрос безопасности. Наибольшую угрозу для Русского княжества, обосновавшегося на берегах Ладожского озера и реке Волхов, представляла Византийская империя, распространившая своё влияние далеко на север.
Нестор ничего не говорит в своей “Повести временных лет” о горянах, но живших вместе на берегах Днепра полян и горян он объединяет в один народ:
“Там же находится и Иллирия, до которой доходил апостол Павел и где первоначально жили славяне. Вот почему учитель славян – апостол Павел, из тех же славян – и мы Русь; поэтому и нам, Руси, учитель Павел, так как учил славянский народ и поставил по себе для славян епископом и наместником Андроника. А славянский народ и русский един, от варягов ведь прозвались Русью, а прежде были славяне; хоть и полянами назывались, но речь была славянской. Полянами прозвались потому, что сидели в поле, а язык был им общий – славянский.”
© Повесть временных лет. Лето 6406.
Материал дополняется
О славянах и русских
Русский народ имеет очень давнюю историю, летописная часть которой составляет более тысячи лет. Помимо летописной истории русские широко представлены в многочисленных былинах и сказках. Исходя из этого, можно предположить, что есть какой-то начальный период появления русских людей, не только как этноса, но и как носителей богатой русской культуры. А где культура, там и праздник.
У русского народа праздников очень много. Большинство из них связаны с православием, но, при этом, многие из православных праздников гармонично переплетаются с дохристианскими верованиями русского народа. Что интересно, славянские праздники также в ходу у русского народа, но они, в отличие от русских народных – все дохристианские.
Летописная история русского народа ведёт свой отсчёт с 852 года или Лета 6360-го, о чём свидетельствует запись в “Повести временных лет”:
“В лето 6360 (852 год), индикта 15, когда начал царствовать Михаил, стала прозываться Русская земля. Узнали мы об этом потому что при этом царе приходила Русь на Царьград, как пишется, об этом в летописании греческом. Вот почему с этой поры начнём и числа положим.”
© Повесть временных лет. Лето 6360.
В русской летописи использовано летоисчисление от Сотворения Мира Византийской эры, берущее своё начало от 1 марта 5508 года до нашей эры. Стоит обратить внимание на то, что в летописи говорится “стала прозываться Русская земля”, потому как “приходила Русь на Царьград”. По всей видимости, речь идёт о новом названии, как народа, так и земли в целом. А это значит, что раньше народ Русь и Русская земля “прозывались” по-другому.
Греки любят давать названия так, как им самим нравится; при этом, сами названия часто не совпадают с общепринятыми. Это касается и самих греков, как все их называют, на римский манер. Сами же греки именуют себя эллинами, а свою страну – Элладой. Исходя из этого, понаблюдаем, как греки-эллины называли Русскую землю и наших предков в разное время. При византийском императоре Константине VII Багрянородном – это была Росия, населенная славянами и россами. Но раньше, во времена Геродота, те же самые греки именовали нашу страну Великая Скифия, а народы, её населявшие – скифами. А вот внутри страны наши народы имели каждый своё название, не такое, как нас называли греки-эллины.
Что касается славян, то своё название сохранили только новгородцы, а вот как назывался народ “русь” до 852 года, стоит разобраться. В “Повести временных лет” говорится о народе “русь”, от названия которого стала прозываться Русская земля. О названиях других народов, прежде всего славянских, русская летопись упоминает следующие источники:
от названия реки – моравы, полочане, бужане;
по характеру местности – поляне и древляне;
от имени своих правителей – радимичи и вятичи;
от названия города – славяне (новгородцы), о которых в летописи говорится, что они “прозвались своим именем – славянами, и построили город, и назвали его Новгородом.”
В последнем случае, не стоит исключать того, что название народа – славяне (словене) могло произойти, как от названия города – Словенска, так и от названия страны – Славии. Потому как, до нашего времени дошли названия как города, так и страны: Славянск и Югославия. В Холмогорской летописи (приложение 1) имеется произведение, говорящее о русской истории “Хронографический рассказ о Словене и Русе и городе Словенске”.
В этом “Сказании о Словене и Русе” говорится о государстве – Скифии Великой, созданной правителем по имени Скиф. И вот, в этой Великой Скифии, начались распри и междоусобицы среди наследников Скифа, его правнуков: Словена, Руса, Болгара, Комана и Истера. Такое часто происходит, когда гибнет законный наследник и начинается делёж между другими причастными. В результате такого дележа, приводящего к распрям и войне между наследниками, единое государство, как правило, гибнет.
Словен и Рус, отличавшиеся от своих братьев мудростью и храбростью, не стали драться за наследство своего прадеда, а со своими народами отправились в северные земли (относительно Причерноморья), где и основали свои города и государства, именовавшиеся в те времена “землями”.
Народ Русь, названный так по имени своего правителя – Руса, отличался от своих собратьев, именованных от Словена, воинственностью и желанием вернуть земли, входившие ранее в Великую Скифию. Ведь не славяне, а именно русские (Русь) ходили к Константинополю морем, что нашло своё отражение в нашей летописи, со ссылкой на греческие писания. Вряд ли это был туристический поход. Скорее всего, военные корабли, под командованием князя Руса, пришли к Константинополю (Царьграду), столице Византийской империи, с определёнными требованиями к грекам.
Тот поход не увенчался успехом, но греки поняли, что у Великой Скифии, уже несуществующей к тому времени, появились наследники, желающие её возродить. По какой причине Византия стала ответчиком по этому делу, трудно сказать, но русские проявили такое упорство в достижении поставленной цели, что Царьград, после нескольких неудачных походов на него, пал перед войсками князя Олега в 907 году.
До похода на греков русский князь Олег подчинил себе большинство славянских племён, тем самым, обеспечив фланги и тыл перед важным делом – операцией по взятию столицы Византийской империи, города Константинополя (по-русски Царьграда), обложив после этого Империю данью. После сдачи византийцами Константинополя, Олег приказал им:
“дать дань для русских городов: прежде всего для Киева, затем для Чернигова, для Переяславля, для Полотска, для Ростова, для Любеча и для прочих городов: ибо по этим городам сидят великие князья, подвластные Олегу.”
© Повесть временных лет. Лето 6415.
Затем, князь Олег на протяжении пяти лет устанавливал границы нового (вернее возрождённого) русского государства под названием Русь, со столицей в Киеве. В конце лета 912 года русский князь Олег, по прозвищу Вещий, отправил своих послов в Константинополь, чтобы “заключить мир и установить договор между греками и русскими”.
Договор о мире между Византией и Русью был подписан: “Месяца сентября 2, индикта 15, в лето от сотворения мира 6420”. Таким образом, днём образования государства Русь, признанного всем мировым сообществом, следует считать – 2 сентября 912 года от Рождества Христова.
Отсюда следует, что после первого прихода Руси к стенам столицы Византийской империи (852 год) до подписания мирного договора, там же, с уже сформированным государством Русь (912 год), русским потребовалось 60 лет. За это время, наши предки прошли сложный путь: от высадки варяжского десанта в устье Волхова, по призванию местных славян и чуди; строительства города Новгорода на берегу Ильмень озера; взятия под свой контроль полянского города Киева и других славянских земель; и наконец, до военной победы над Византийской империей, вынудившей греческих царей признать Русь и заключить с нею мирный договор.
2 сентября 912 года стало не только дипломатической победой, основанной на силе русского оружия, но и новой страницей в жизни русского народа, а также многих славян, вошедших в состав русского государства. Эта страница стала воистину новой, но, далеко не первой в жизни русского народа. Потому как наш народ сменил своё прежнее название на новое – русь.
Материал дополняется
Славяне во времена первых Рюриковичей
В отличие от современных представлений о славянах, культивируемых родноверами и ведистами-ариями, будто бы они были добрыми, мирными и в целом позитивными, такими вот “белыми и пушистыми”, на самом деле, своим соседям они доставляли очень много хлопот. Русским приходилось часто усмирять славян, а порой и жестоко их наказывать за причинённые злодеяния.
В вышедшем в свет в 1909 году историческом исследовании “Сказания о Русской Земле” о славянах было сказано в соответствии с утвердившимися к тому времени представлениями:
“В 862 году, Ильменские Славяне прогнали каких-то заморских пришельцев, наложивших на них три года тому назад дань. Затем они стали управляться сами, и сейчас-же началась обычная Славянская усобица, возстал род на род, “и начали они”, говорит летописец, “воевать сами между собой”.
На этот раз, однако, они вскоре осознали, что так жить дальше нельзя, и, не видя конца распрям, решили обратиться к стороннему племени, чтобы оно дало им князя, который владел бы ими и судил по праву.”
© Нечволодов. Сказания о Русской Земле. Том 1.
Сподвижник Петра Великого, русский инженер-артиллерист, историк и географ Василий Никитич Татищев (1686 – 1750) в своём труде “История Российская” делает определённые выводы о славянах, разделяя их на западных, восточных, южных и северных.
При этом, говоря о славянах северных, он удивляется тому, как во многих трудах говорится о распространении славян по Русской земле с юга – в направлении на север и восток. Чего ради было славянам оставлять свои плодородные и ухоженные земли и перемещаться в суровые и лесистые места Новгородских земель, пропуская слабообжитые земли Белой Руси? Татищев видит только две причины такого распространения славян на север: либо это было вызвано принуждением; либо русский народ, называемый Татищевым северными славянами, испокон веку там жил, просто о нём никто из летописцев не знал.
Татищев допускает, что многие летописи, рассказывающие о ранних временах русского народа, могли быть попросту утеряны, либо намеренно уничтожены всевозможными недругами или завоевателями. При этом он ссылается на “Повесть временных лет”, вышедшую из под пера киево-печерского монаха Нестора, а также более раннюю летопись, составленную первым новгородским епископом Иоакимом.
“Мне весьма удивительно, что древнейшие русские писатели Иоаким и Нестор тамошних [северных] Славян от прочих отличают, и говорят, что Славяне живут в земле Руссов, а по Днепру издревле жителей Полян, Древлян, Кривичи и проч. не Славянами, но более иными участными званиями воспоминают. Противно тому Константин Порфирогенит [византийский император Константин Багрянородный] Киевских Славянами, а пришедших с Олгом из великой Руси Руссами именует, говоря Руссы Славянами обладали, и Славяне данники Руси.”
© В. Н. Татищев. История Российская. Том 1.2.
Что интересно, Татищев, ссылаясь на Иоакимовскую летопись, упомянул ещё одно племя славян, о котором ни слова не говорится в “Повести временных лет”.
“Славяне, живущие по Днепру, зовомии Поляне и Горяне, утесняемы бывше от Козар, иже град их Киев и прочии обладаша, емлюще дани тяжки и поделиями изнуряюще, тии прислаша к Рюрику преднии мужи просити, да послать к ним сына или ина Князя княжити. Он же вдаде им Осколда, и вои с ним отпусти.”
© В. Н. Татищев. История Российская. Том 1.1.
Днепровское племя “горяне”, наряду с “полянами”, жило в Киеве и окрестностях. При этом, “горяне” – это те, кто жил на Киевских горах испокон века, а “поляне”, согласно “Повести временных лет”, пришли с берегов Дуная, теснимые волохами (римлянами). Горяне могли получить своё название и от былинного Святогора, либо от какого-нибудь ещё Гора. А поляне пришли из Малой Скифии, из Дунайских полей, вместе со своими князьями-троянцами Кием, Щеком и Хоривом, которые и основали там Киев-град, на тех горах.
Горяне, скорее всего, слились с более многочисленными полянами, и к моменту написания “Повести временных лет”, известие о них исчезло из памяти. Но Киевские поляне, уважая память о приютивших их горянах, совершенно спокойно приняли насильственную перемену власти в городе, когда были убиты их правители Аскольд и Дир, потому как новым правителем и законным князем был назван человек по имени И-Горь, то есть тот, в чьём имени присутствует корень “гор”.
В память же о прежней родине полян, “Малой Скифии”, разгромленной римским императором Траяном, их новые земли стали называть как и раньше, только уже не на греческий (Скифия), а на русский лад – “Малая Россия”. Так, со временем, поляне и соединившиеся с ними горяне стали именоваться “малороссами”. Более подробно о том, как появились поляне на Киевских горах, рассказано в повести “Троян Зимний”.
Происхождение Игоря и его жены Ольги
О дате рождения Игоря Рюриковича в русской летописи ничего не говорится, за исключением информации, из которой можно что-то предположить.
“В Лето 6387 (879 год). Умер Рюрик и, передав княжение свое Олегу – родичу своему, – отдал ему на руки сына Игоря, ибо был тот ещё очень мал.”
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
Спустя три года (в 882 году) выступил Олег в поход и взял с собой малолетнего Игоря.
“И пришли к горам Киевским, и узнал Олег, что княжат тут Аскольд и Дир. Спрятал он одних воинов в ладьях, а других оставил позади, а сам подошел к горам, неся ребенка Игоря. И подплыл к Угорской горе, спрятав своих воинов, и послал к Аскольду и Диру, говоря им, что де “Мы купцы, идем к грекам от Олега и княжича Игоря. Придите к нам, к родичам своим”. Когда же Аскольд и Дир пришли, все спрятанные воины выскочили из ладей, и сказал Олег Аскольду и Диру: “Не князья вы и не княжеского рода, но я княжеского рода”, а когда вынесли Игоря, добавил: “Вот он сын Рюрика”. И убили Аскольда и Дира, отнесли на гору и погребли.”
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
В этом летописном эпизоде княжичу Игорю не более 4 – 5 лет. Отсюда можно вычислить, что родился он в 877 – 878 году, за год – два до смерти Рюрика.
Андрей Чернов в своей статье “Проблема 6360” провёл исследование византийской хронологии в русском летописании. В пункте 6. “Рождение Игоря и Ольги” говорится следующее:
“Воскресенская летопись сообщает, что в год смерти Рюрика (событие не датировано) Игорю было два года. Если учесть, что в Лаврентьевском списке об Игоре сказано «дѣтескъ вельми», а в Ипатьевском «молодъ велми», и в обоих списках смерть Рюрика отнесена к 879 году, то родился Игорь в 6385 (877) г.
В Никоновской летописи запись о рождении Игоря помещена под 6373 г. При этом в кириллице буква «Он» обозначала число 70, а по глаголической числовой системе – 80. Если имела место ошибка перевода даты, то мы должны получить 6383 г. И с учетом, что болгарская эра дает разницу в 5505/5506 лет, годом рождения Игоря по Никоновской версии оказывается 877/878 г., то есть Игорю и вправду не более двух лет в год смерти его отца.”
“Ольге было 10 лет, когда ее выдали за Игоря. Так по Архангелогородскому летописцу, так и в расчетах создателя Первой выборки Новгородской Карамзинской летописи (начало XV в.): «И бысть княжения его [Игоря] лет 33 по Олгове смерти. А при Олзе бы, отнюдуже приведе ему Олегъ жену от Пльскова, именемь Олгу, лет 10, и жит Игорь с Олгою лет 43. А от первого лета Игорева до перваго лета Святославля лет 33»”.
© А. Чернов. Проблема 6360.
Таким образом, были вычислены годы рождения: Игоря Рюриковича – Лето 6385 (877 год) за два года до смерти его отца Рюрика; и его жены Ольги, в Лето 6401 (893 год), за 10 лет до её свадьбы с княжичем Игорем. Потому как русская летопись гласит:
“В Лето 6411 (903 год). Игорь вырос и собирал дань после Олега, и слушались его, и привели ему жену из Пскова именем Ольгу.”
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
О происхождении Игоря и Ольги говорится только в новгородской Иоакимовской летописи, выдержки из которой сохранились лишь в “Истории Российской” В. Н. Татищева.
“Имел Рюрик несколько жен, но паче всех любяше Ефанду, дочерь Князя Урманского; и егда та роди сына Ингоря, даде ей обещанный град с Ижорою в вено.”
“Рюрик по отопуске Осколда [по просьбе полян и горян] бе вельми боля, и начат изнемогати; видев же сына Ингоря вельми юна, предаде княжение и сына шурину своему Олгу, Варягу сущу Князю Урманскому.”
“Егда Ингорь возмужа, сжени его Олег, поять за него жену от Изборска рода Гостомыслова, иже Прекраса нарицашеся, а Олег преименова ю, и нарече во свое имя Олга; име же Игорь потом ины жены, но Олгу мудрости ея ради, паче иных чтяше.”
“Гостомысл имел четыре сына и три дщери, сынове его ово на войнах избиени, ово в дому измроша, и не остася ни единому име сына, а дщери выданы быша суседним Князем в жены; и бысть Гостомыслу и людем его о сем печаль тяжка.”
Примечания Татищева В. Н. к 4 главе:
“п. 21. Дочери Гостомысловы за кого были отданы, точно не показано, но ниже видимо, что большая была за Изборским, от которой Олга Княгиня, другая мать Рюрикова, а о третьей неизвестно: Нестор сказует, что Рюрик убил Славенскаго Князя Водима, что в народе смятение зделало; может, сей такожде внук Гостомыслу большой дочери сын был, которой большее право к наследству имел, и для того убит.”
“п. 26. Рюрик Финляндию обладал.”
“п. 27. Урмания имеет быть область в Швеции, мню не оную ли Баер Раумдалия именует, Нестор их между Варяги положил.”
© В. Н. Татищев. История Российская. Том 1.1.
Таким образом, на основании новгородской Иоакимовской летописи, Василий Никитич Татищев считал, что князь Рюрик и князь Олег, по своему происхождению, были внуками князя Гостомысла. Помимо прочих жён, что было в порядке вещей в дохристианскую эпоху, Рурик был женат династическим браком на своей двоюродной сестре Ефанде, которая, при этом, была родной сестрой князя Олега. Князья Рюрик и Олег, помимо обычного родства, породнились и за счёт брака. Олег стал шурином Рюрика, то есть братом жены.
Князь Олег был не только родным дядей Игорю Рюриковичу по его матери, но и стал его наставником, или дядькой. Княжна Прекраса из рода Гостомысла, скорее всего, была племянницей князя Олега, а не его дочерью, как считают некоторые исследователи. Возможно, у князя Олега, посвятившего жизнь воинской службе и собиранию Русских земель, своих детей не было. Потому он и подобрал в жёны Игорю свою родственницу, племянницу Прекрасу, дав ей своё имя – Ольга.
Матерями Рюрика, Олега и Ефанды были дочери славянского князя Гостомысла. Тем самым, в них наполовину текла славянская кровь. А кем были их отцы? Попробуем в этом разобраться. Скорее всего, это было отражено в русских летописях, которые не дошли до нас. Частые пожары в русских городах уничтожали многое из того, что удавалось собрать хранителями истории. Доставалось историческим библиотекам и от набегов завоевателей.
В отличие от других русских городов, Новгород так часто не горел и смог сохранить многое из своего исторического наследия, в особенности то, что касается новгородских правителей, к которым несомненно относятся Гостомысл и его внук Рюрик. В связи с этим, исследования новгородских учёных наиболее ценны для русской истории того периода.
Профессор Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого, Азбелев Сергей Николаевич (1926 – 2017) в своей работе “Устная история Великого Новгорода” (2004 года) говорит следующее:
“Продолжающее бытовать среди части историков представление о завоевании Новгородской земли скандинавами оказывается в противоречии не только с прямым смыслом “Повести временных лет”. Дошедшее в устной передаче предание ясно повествовало о добровольном соглашении с Рюриком. Оно позволяет признать договорные отношения Новгорода с князьями исконной традицией, а не результатом политического конфликта.
Само же обращение именно к Рюрику объясняется на основе фольклорных источников, дошедших в рукописной передаче, причинами династического характера: Рюрик по матери был внуком управляющего ильменскими славянами Гостомысла, являясь наполовину славянином, наполовину датчанином. Его датское происхождение из династии Скьолдунгов выяснено давно, славянское происхождение следует из текста Иоакимовской летописи, которая пересказывает устное предание. Доверие к устным источникам этой летописи восстановлено после археологической проверки наиболее обстоятельного из них – рассказа о крещении новгородцев. Результаты проверки были не так давно опубликованы руководителем новгородских раскопок академиком В. Л. Яниным.
Династические браки между представителями владетельных семей Дании и прибалтийских славян в ту эпоху засвидетельствованы западноевропейскими хронистами. Политической основой являлись союзные отношения в противостоянии натиску общих противников. Управляющий бодричами Гостомысл был естественным союзником датчан в сопротивлении Каролингам [династии франков]. Затем он, очевидно, возглавил прибывавших в Приильменье переселенцев – главным образом из племенного союза бодричей и с острова Руяна.
Данные фольклора, топонимики, этнографии, языка, археологии свидетельствуют, что славянское население Новгородской земли отчасти было потомками переселенцев с южного побережья Балтики. Эту миграцию объясняют давлением со стороны Каролингов, а оно активизировалось как раз в IX в. и направлено было, в частности, именно на владения Гостомысла.
Соотносимостью сведений о Гостомысле в фольклоре, в обязанной фольклору Иоакимовской летописи, в Новгородской первой летописи и в латинских анналах IX – XII вв. подтверждается его историчность.”
© С. Н. Азбелев. Устная история Великого Новгорода.
В соответствии с этим, князь Игорь Рюрикович был на четверть датчанином (викингом) по отцу Рюрику, на половину балтийским славянином, по прадеду Гостомыслу и матери Ефанде и ещё на четверть потомком Урманских князей, по отцу Ефанды и князя Олега. Татищев считает, что Урмания была областью Швеции. Это утверждение не значит того, что отец Олега и Ефанды был шведом. Они могли быть правителями Урмании (возможно провинции в Швеции), но этнически к ней не относились.
Если взять последнего российского императора, Николая Второго Александровича Романова, то он имел много титулов. Начнём с того, что его имя Николай – греческого происхождения, означающее “победитель народов”, но разве был наш царь греком? Нет. Он носил титул Царь Польский, а разве был он поляком? Нет. Следующий титул – Великий князь Финляндский, может он был финном? Опять ответ – нет. И главный титул – Великий князь Всея Руси и Император Российский, может он был тогда русским или правильнее говорить великороссом? Опять мимо, потому что по своей крови Николай Второй, процентов на 80, был немцем.
Потому этническая принадлежность князя Олега и Ефанды, детей князя Урманского, остаётся под вопросом. Даже скандинавские имена Хельг и Ингорь не дают права зачислять Олега и Игоря в шведы или норвежцы. Потому как почётный член Королевской Шведской академии наук Михаил Васильевич Ломоносов (1711 – 1765) не подтверждает каких либо шведских источников, говорящих об Олеге и других русских князьях.
Русская летопись “Повесть временных лет” однозначно говорит, что князь Олег и князь Игорь – русские князья, не только по месту правления, но и по этнической принадлежности. Так ли это на самом деле? Постараемся прояснить этот вопрос. Для этого обратимся к шведским учёным.
Советский учёный, доктор философии и кандидат исторических наук, Лидия Павловна Грот, с 1991 года живущая в Швеции и занимающаяся там научной деятельностью, в своей работе “О летописных урманах и о титуле Князь Урманский” говорит следующее:
“В Повести временных лет дважды упоминается народ урмане. Сначала – в перечне европейских народов: “Афетово бо и то колено: варязи, свеи, урмане, готе, русь, агняне, галичане, волехва, римляне, немци, корлязи, веньдици, фрягове и прочии…”, а затем в пояснении к названию варяги русь: “Сице бо ся зваху тьи варязи русь, яко се друзии зъвутся свие, друзие же урмане, анъгяне, друзии гъте, тако и си”. А Новгородская Иоакимовская летопись (НИЛ) называет князем урманским летописного Олега.
Однако этноним – это одно, а титул правителя – это другое, и связан он, прежде всего, с системой организации власти на подчиненной территории, при этом правитель может быть этнически связан с данной территорией, а может и не быть. Это необходимо учитывать, поскольку в НИЛ титул князя Олега до его вступления на престол в Новгороде назван как князь урманский, но было также подчеркнуто, что он был из варяг: “предаде княжение …Ольгу, варягу сусчу, князю урманскому”.
Полная научная необоснованность норманистских попыток представить князя Олега выходцем из датских или норвежских локальных династий, который якобы “оказался в Восточной Европе, во главе смешанного войска захватил Киев и стал великим русским князем”.
В них раскрывается некомпетентность попыток увязать имя князя Олега со скандинавским именем Хельги. Скандинавское имя Helgi не могло стать предметом заимствования в древнерусский антропонимикон, поскольку Helgi – не полное имя, а гипокористика, т. е. уменьшительное имя, как Коля от Николая, как Ваня от Ивана и т. д. Уменьшительное имя Helgi/Haelghe образовалось от Haelmger, двухосновного имени, в котором есть первая основа – существительное haelm, т. е. “шлем”, а второе – существительное geir, т. е. “копье”.
Таким образом, полное имя Haelmger и его гипокористика Helgi/Haelghe были исходно связаны с воинской атрибутикой, с понятием “защита”, как и многие наиболее архаичные скандинавские имена. И только с XIII в., следовательно, спустя несколько веков после появления на исторической арене князя Олега, можно говорить о слиянии гипокористики Haelghe с прилагательным helig/святой.
В последнее время существенный вклад в вопрос о локализации варягов внесли работы современного немецкого историка Андрея Пауля, который убедительно доказал, что славянским самоназванием ободритов было варины (вары, варны), а название ободриты являлось экзоэтнонимом. В работах А. Пауля представлен богатейший материал, включая и археологические данные, который свидетельствует об интенсивных контактах между южнобалтийскими варинами и русскими летописными княжествами. Русские летописцы знали варинов под именем варягов, а у западноевропейских хронистов имя варинов варьировалось как Warnabi, Warnalii, Warnahi, Varnahi, Warnavi.
Следовательно, если князь Олег был варягом, то он должен был, согласно приведенным рассуждениям, происходить из земель варинов/ободритов. Но как в этом случае можно толковать его титул “князь урманский”?
Если, согласно ПВЛ [Повесть временных лет], князь Олег происходил из варягов и был одного рода с Рюриком, то он мог быть уроженцем какой-либо из земель ободритского союза, например, Вагрии. Но из текста ПВЛ о варягах и урманах можно заключить, что урмане, к земле которых должен был относиться, по логике, титул князя урманского, явно не смешивались с варягами. Тогда следует предположить, что земля урман находилась за пределами земель ободритов. Попробуем сначала определить, с названием какой южнобалтийской области мог быть созвучен титул князя урманского?
Мое внимание привлекла историческая область Вармия на южнобалтийском побережье, в современной истории известная как северо-восточная Пруссия. Согласно Г. В. Глазыриной, в сагах о древних временах вдоль побережья Балтики различались пять восточноприбалтийских племен, и среди них Вармия, которую называли как Ermland/Ormland т. е. Эрмланд/Урмланд. Это выделяло Вармию как немаловажного участника международных отношений на Балтии. В XIII в. Вармия в числе других восточно-балтийских земель сделалась объектом экспансии немецких крестоносцев, а после Грюнвальдской битвы – вошла в состав королевства Ягеллонов.
Историк и этнограф XIX в. Иван Боричевский собрал замечательный материал о русах на Балтийском Поморье, где Куршский залив издавна назывался Русною. Об этих русах в окресностях реки Неман сообщал писатель XII века, немецкий хронист Гельмонд. Он писал о русах между реками Виндавой или Вентой (там где латышский город Вентспилс) и Наревом, правым притоком Вислы, т. е. примерно на месте нынешних Литвы и Калининградской области. И. Боричевский назвал эту Русь Прибалтийской Русью и отметил, что западноевропейские хронисты прекрасно знали ее и выделяли. М. В. Ломоносов называл ее Неманская Русь.
Часть Неманской или Прибалтийской Руси известна в современной истории под названием Восточной Пруссии, после войны вернувшейся в русские границы, завершив, тем самым, длительный и мучительный круг своей истории.
Следовательно, Урмия/Варния (Вармия) является иным, явно более древним вариантом названия Поморья на южнобалтийском побережье, обнаруживающим глубинную связь с архаичными пластами русского языка.
Но рассмотрение одного языкового аспекта недостаточно. В архаичную эпоху природные стихии обожествлялись и наделялись различными зооморфными и антропоморфными ипостасями. Следы такого поклонения остаются в наиболее древних этнонимах, ведущих свое происхождение от наименования природных феноменов.
Урман, урманный в словаре В. И. Даля является одним из многочисленных названий для медведя. Представляется, что урман в значении “дремучий лес” является вторичным относительно значения “медведь”, поскольку лес – это среда обитания для медведя, которого именовали также “лесник”, “лесной черт”, “хозяин тайги” или характеризовали через поговорки: “хозяин в дому, что медведь в бору” и др.”
© Л. П. Грот. О летописных урманах и о титуле Князь Урманский. 2015.
Таким образом выходит, что Старшая дочь Гостомысла была выдана замуж за датского короля, родившая Рюрика, который получил во владения славянские земли к югу от Дании, вдоль побережья Балтийского моря (Поморье или Померанию), возможно ещё и Финляндию. Средняя дочь Гостомысла вышла замуж за русского князя в Изборской (Псковской) земле. У неё родились сын, получивший легендарное русское имя Олег, и дочь Ефанда; возможно были и другие дети, от которых родилась внучка-красавица Прекраса, ставшая женой князя Игоря Рюриковича. Княжна Ефанда, как и положено незамужней девице, находилась в отчем доме, в Изборске.
Князь Олег, в отличие от своей сестры Ефанды, отправился исполнять княжеские обязанности по наследству своего отца – править землёй Урманской, которая включала в себя Восточную Пруссию и Литву, называвшаяся позже Прибалтийской (Варяжской) Русью. В Урмании князь Олег встретился со своим родственником, князем Рюриком, где они объединились для совместной борьбы против общего врага.
Рюрик не мог тогда знать Ефанду, так как она была в другом месте, в родительском доме. И только после призвания Рюрика в Ладогу и основания им Новгорода, тот смог повстречать красавицу Ефанду, посетив родительский дом Олега в Изборске. Как говорит летопись, Ефанда покорила Рюрика своей красотой и тот предложил ей стать его женой и великой княгиней Русских земель, которая родила ему наследника, первого Рюриковича, дав ему имя Игорь.
А название своё Урманская земля могла получить от племени урманов – руси, поклонявшейся Велесу в образе медведя. Ведь не спроста Татищев назвал Урманию – областью в Швеции. Потому как всё балтийское побережье Швеции в старину называлось Рослаген. Аналогично “берлоге” – лежбищу медведя “бёра” у немцев, было название “рослаген” – лежбище русского медведя “роса”, то есть русской провинции в шведской земле.
Отсюда выходит, что Олег, князь Урманский, по своему имени, происхождению и должности, был русским князем и человеком, также как и его сестра Ефанда, наполовину русская, наполовину славянка, что собственно почти одно и тоже. Тем самым Игорь Рюрикович по праву носил титул русского князя, не только по должности, но и по этническому происхождению. Женитьба Игоря на Ольге, русской княжне, только усилило русскую составляющую в их сыне Святославе, продолжившем династию Рюриковичей.
Княжение Игоря Рюриковича
К 26-ти годам Игорь Рюрикович повзрослел настолько, что ему доверили собирать дань после Олега. Тогда же он и женился на княжне из Пскова, Ольге, родственнице князя Олега. Однако, более серьёзные дела княжичу Игорю пока не доверяли. В Лето 6415-е (907 год) пошёл Олег на греков, оставив Игоря в Киеве. С собой Олег взял всю “Великую Скифь”, в которую входили варяги, славяне (ильменские), чудь, кривичи, меря, древляне, радимичи, поляне, северяне, вятичи, хорваты, дулебы и тиверцы.
Князь Олег не первый раз уже ходил на греков. По всей видимости, он был участником неудачного похода Русов на Царьград в 860 году, когда познакомился со “Змеем Горынычем” или “греческим огнём”. Олег видел своими глазами, какой эффект производило применение “греческого огня”, потому решил не рисковать молодым и отчаянным в своей храбрости княжичем Игорем. Не стал он рисковать и своим войском, поставив корабли на колёса, тем самым лишил греков своего главного козыря – кораблей с установленным на них “греческим огнём”.
“Греческий огонь” не совсем был греческим, потому как греки вряд ли бы сами до него додумались. Это было изобретение шумерского инженера, которого греки, за большие деньги, пригласили к себе. Устройство было чем-то похоже на огнемёт, а не на метательную машину, как часто его рисуют. Да и в летописи говорится о трубах, по которым “изрыгался” огонь.
Скорее всего, это были металлические котлы, установленные на палубе. В них наливалась сырая нефть в смеси с какой-то смолой (секрет смеси был у шумера). Далее создавался “эффект парового котла”, заключавшегося в том, что под ёмкостями с нефтью разводили огонь и разогревшаяся смесь начинала парить и выделять газовые фракции. Пока крышку котла не надевали, газ просто улетучивался. Но, перед применением, на выходные трубки котла надевали направляющие трубы и плотно закрывали крышку, возможно даже её привинчивали. В котле скапливалось достаточно много нефтяного газа, который способствовал росту давления. Как только давление газа повышалось настолько, что из котла начинала вытесняться кипящая смесь (этот момент определяли по ручейкам нефти, вытекающей из направляющих труб), к запальному отверстию в крышке котла подносили факел и происходило взрывное воспламенение газа, который тут же давал резкий рост давления внутри котла.
Воспламенялась и поверхность смеси внутри котла. Под воздействием резко увеличившегося давления газов горящая нефть по направляющим трубам, как по пушечному стволу, выбрасывалась наружу, на расстояние примерно 10 – 20 метров от корабля. Этого было достаточно, чтобы воспламенить любой деревянный корабль того времени. Греческие военные корабли все были гребные, потому, после “выстрела” горящей нефтью, сразу давали “задний ход”, чтобы не сгореть самим.
Главный секрет “греческого огня” был в составе смеси, которая прилипала, как напалм, к поверхности и её невозможно было ничем потушить. Смесь не тонула и продолжала гореть на поверхности воды, что наводило ужас на тех, кто пытался спастись с горящего корабля в воде.
Олег в том дальнем походе Русов (860 года), закончившимся тяжёлым поражением, насмотрелся на все ужасы, связанные с “греческим огнём”, потому в новом походе избрал тактику, исключающую встречу с этим “чудом техники”. Греки были покорены, а Олег получил титул “Вещий”. На греков была наложена дань, которую те обязались выплачивать русским городам, сперва Киеву, затем Чернигову и Переяславлю, а потом и всем остальным.
“Итак, царь Леон и Александр заключили мир с Олегом, обязались уплачивать дань и ходили ко взаимной присяге: сами целовали крест, а Олега с мужами его водили в клятве по закону русскому, и клялись те своим оружием и Перуном их богом, и Волосом богом скота, и утвердили мир. И сказал Олег: “Сшейте для Руси паруса из паволок [шелковая ткань], а славянам полотняные”. И было так! И повесил щит свой на вратах в знак победы, и пошли от Царьграда.”
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
Интересный момент, указанный в летописи, говорит о том, что Русь хорошо владела искусством мореплаванья и умело обращалась с морским ветром при любых парусах. Славяне этим похвастаться не могли, потому как с ловкостью ходили по рекам, а вот море было для них чужим.
“И подняла Русь паруса из паволок, а славяне полотняные, и разодрал их ветер. И сказали славяне: “Возьмем свои простые паруса, не дались славянам паруса из паволок”. И вернулся Олег в Киев, неся золото и паволоки, и плоды, и вино, и великое узорочье. И прозвали Олега Вещим.”
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
Спустя пять лет после победы над греками, в Лето 6420-е (912 год) отправил Олег своих бояр в Константинополь, чтобы подписать договор о мире и сотрудничестве “между греками и русскими”. Таким образом, величайшая держава того времени, Византийская империя, заключила равноправный договор с Русским государством, тем самым признавая его легитимность на мировой арене. Варяжская “сборная солянка”, состоящая из племён всевозможной неопределённости, получила официальный статус – Русское княжество или сокращённо “Русь”, признанное всем “мировым сообществом”.
Произошло это, по византийским меркам:
“Месяца сентября 2, индикта 15, в лето от сотворения мира 6420”.
“И жил Олег, княжа в Киеве, мир имея со всеми странами”.
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
Византийская империя в то время пользовалась уже Юлианским календарём, от начала которого прошло более 900 лет. Это значит, что к юлианской дате следует прибавить 6 дней, так как Юлианский календарь отстаёт от Тропического года на 3 суток каждые 400 лет (Григорианского календаря не было ещё и в помине). Таким образом, датой официального признания Русского княжества – Руси, с центром в Киеве, можно считать 2 (8) сентября 912 года от Рождества Христова. И произошло это благодаря усилиям русского князя Олега Вещего (Великого).
К великому сожалению русских людей, в этом же году князь Олег умирает, передав княжение Русской землёй князю Игорю Рюриковичу.
“Оплакивали его все люди плачем великим, и понесли его, и похоронили на горе, называемой Щековица. Есть же могила его и доныне, слывет могилой Олеговой. И было всех лет княжения его тридцать и три.”
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
В Лето 6421-е (913 год), по смерти Олега, стал княжить Игорь Рюрикович и тут же столкнулся со многими проблемами внутри своей страны. Первыми сюрприз преподнесли древляне, которые затворились в своих городах и отказались признавать власть Игоря.
На древлянах лежало какое-то “родовое проклятье”, которое им не могли простить русские князья. Сначала князь Олег победил их и наложил тяжёлую дань, “по кунице с дыма”, то есть от каждого жилого дома, где была дымовая труба. Вступивший на княжение Игорь Рюрикович стал относиться к древлянам с ещё большей жёсткостью, облагая древлян более тяжёлой данью, чем его предшественник Олег.
Олег был князем русского рода, а Игорь из славян, из рода Рюрика. Олег, когда завоёвывал древлян, обложил их данью для порядка, по рассказам своего сродника, Рюрика, как говорится, ничего личного. А вот у Рюриковичей с древлянами были личные счёты, потому Игорь относился к ним с особой жёсткостью. Свой “грешок” перед родом Игоря знали и древляне. Потому-то они сразу затворились в своих городах, как только узнали о том, что Великим князем в Киеве стал Игорь Рюрикович.
Древляне не ждали от этого княжения ничего хорошего для себя, и предчувствия их не обманули. Игорь не стал с ними любезничать и церемониться, а собрал необходимую силу и привёл непокорное славянское племя к порядку.
“В Лето 6422 (914 год). Пошел Игорь на древлян и, победив их, возложил на них дань больше прежней.
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
Помимо древлян возникли проблемы и с уличами, жившими в низовьях Днепра, и блокировавшими выход русских торговых судов в Чёрное море. После древлян князь Игорь отправился “приводить в чувство” и этот славянский народ.
“Затем он усмирил и непокорное Славянское же племя Уличей, которые жили в низовьях Днепра, близ нынешняго города Алешек; во время этого усмирения долго не покорялся город Пересечен, так что Игорев воевода сидел около него три года и едва взял. Тогда Уличи совсем перебрались с Днепра и сели между Бугом и Днестром.
После ухода их весь великий путь от Варягов в Греки был уже вполне в руках великаго князя.
Но от Варягов, по Русской Земле, существовала ещё дорога в иной морской угол – на далекий Восток, к богатому тогда Каспийскому морю”.
© Нечволодов. Сказания о Русской Земле. Том 1.
В победе над древлянами и усмирении уличей существенную роль сыграл воевода киевского войска Свенельд, со своей дружиной. За эти отличия князь Игорь “отписал” Свенельду и его дружине брать дань с древлян, оставляя всё себе. Для того, чтобы не повторились события 913 года, часть русского войска, во главе с Свенельдом, была расквартирована в Деревской земле, став на полное их довольствие.
Для похода на Восток и восстановления Волжского торгового пути и далее на Каспий, Игорь отправил ещё одну дружину. Скорее всего, это были те, кто ходил с Олегом на Царьград в 907 году. Около 50 тысяч русских ратных людей, на 500 кораблях, отправились через Хазарские земли, через Дон и Волгу, в море Каспийское. Русские напомнили народам, жившим по Южному Каспию, о себе. Однако, из того похода мало кто вернулся живым. Большинство полегло на чужбине.
Игорь Рюрикович княжил в Киеве и в 915 году встретил ещё одну напасть, пока только посетившую Русскую землю. Пришли в Киев печенеги, заключили мирный договор с Игорем и направились к Дунаю. Со временем, печенеги заполонили все степи. расположенные между Доном и Дунаем, что осложнило русским выход в Чёрное море для торговли. Спустя пять лет (в 920 году), русское войско во главе с князем Игорем вынуждено было воевать против печенегов.
“После занятия Печенегами выхода из Руси к Черному морю, Греки, мало по малу, скоро стали опять обижать в Царьграде Русских людей и относиться к ним пренебрежительно, так как считали, что нам уже невозможно будет повторить набег на Константинополь, как это было во времена Аскольда и Олега. Однако, Греки ошиблись в своих расчетах. Заключивши с Печенегами мир, Игорь, в 941 году, поднялся на Царьград с большой силой.”
© Нечволодов. Сказания о Русской Земле. Том 1.
Видя подобное вероломство со стороны Византии, с которой был заключён договор о дружбе и торговле в последний год жизни Олега, князь Игорь решил напомнить грекам, что с русскими так поступать нельзя. Греков решено было наказать и Русское княжество пошло на них войной.
“В Лето 6449 (941 год). Пошел Игорь походом на греков. И послали болгары весть царю, что идут русские на Царьград: 10 тысяч кораблей. И пришли, и подплыли, и стали воевать страну Вифинскую, и попленили землю по Понтийскому морю до Ираклии и до Пафлагонской земли, и всю страну Никомидийскую попленили, и Суд весь пожгли. А кого захватили, – одних распинали, в других же, расстанавливая их как мишени, стреляли, хватали, связывали назад руки и вбивали железные гвозди в макушки голов. Много же и святых церквей предали огню, монастыри и села пожгли и с обеих сторон Суда захватили богатств немало”.
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
Против русских войск выступили: имперская гвардия, численностью в 40 тысяч, во главе с доместиком (главнокомандующим) Панфиром; патрикий Фока (представитель византийской служилой знати) вывел своих македонцев, элиту греческого войска; стратилат (военачальник) Федор вышел во главе фракийцев, а также сановные бояре. Все, кто мог держать оружие в Константинополе, включая и знать, вышли на битву и окружили русское войско.
“Русские же, посовещавшись, вышли против греков с оружием, и в жестоком сражении едва одолели греки. Русские же к вечеру возвратились к дружине своей и ночью, сев в ладьи, отплыли. Феофан же встретил их в ладьях с огнем и стал трубами пускать огонь на ладьи русских. И было видно страшное чудо. Русские же, увидев пламень, бросались в воду морскую, стремясь спастись. И так остаток их возвратился домой.
И, придя в землю свою, поведали – каждый своим – о происшедшем и о ладейном огне. “Будто молнию небесную, – говорили они, – имеют у себя греки, и, пуская ее, пожгли нас; оттого и не одолели их”. Игорь же, вернувшись, начал собирать множество воинов и послал за море к варягам, приглашая их на греков, снова собираясь итти на них походом.”
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
Собираясь отомстить грекам, Игорь Рюрикович не забыл и про обиды, нанесённые Русскому княжеству прикаспийскими народами. Собрав нужное войско, князь Игорь отправил около 3 тысяч воинов в Кавказскую Албанию, для того, чтобы дать понять тем народам, исповедующим к тому времени ислам (который основан на справедливости), что русские обид не прощают и всегда возвращаются, чтобы отомстить.
О тех событиях поведал арабский историк Ибн-Мискавейх, в своём рассказе “о походе Русов в Бердаа в 332 году”. Эта дата соответствует 943/944 годам от Р. Х.
“В этом году отправилось войско народа, известного под именем Русов к Азербейджану. Устремились они к Бердаа, овладели им и полонили жителей его.
Народ этот могущественный, телосложение у них крупное, мужество большое, не знают они бегства, не убегает ни один из них, пока не убьет или не будет убит. В обычае у них, чтобы всякий носил оружие. И сражаются они пешими, особенно же эти прибывшие (на судах).”
“Вышло тогда вместе с ними (войско) из добровольцев около 5.000 человек на борьбу за веру. Были они (добровольцы) беспечны, не знали силы их (Русов) и считали их на одном уровне с армянами и ромейцами. После того, как они начали сражение, не прошло и часу, как Русы пошли на них сокрушающей атакой. Побежало регулярное войско, а вслед за ним все добровольцы и остальное войско, кроме Дейлемитов. Поистине, они устояли некоторое время, однако все были перебиты, кроме тех среди них, кто был верхом. (Русы) преследовали бегущих до города (Бердаа). Убежали все, у кого было вьючное животное, которое могло увезти его, как военные, так и гражданские люди и оставили город. Вступили в него Русы и овладели им.”
“После того, как размеры бедствия стали большими, и мусульмане в различных странах прослышали о нем, обратились они к военному призыву. Собрал Марзубан-ибн-Мухаммед войско свое, воззвал к населению с призывом, и пришли к нему со всех окрестных земель добровольцы. Пошел он (Марзубан) во главе 30.000 человек, но не мог сопротивляться Русам, несмотря на большое число собранных им сил, не мог произвести на них даже сильного впечатления. Утром и вечером он начинал сражение и возвращался разбитым. Продолжалась война таким способом много дней и всегда мусульмане были побеждены. Когда дело мусульман утомило их, и Марзубан понял создавшееся положение, обратился он к уловкам и военной хитрости.”
“Не прекращали войска Марзубана войны с Русами и осады до тех пор, пока последние не были окончательно утомлены. Случилось, что и эпидемия усилилась. Когда умирал один из них, хоронили его, а вместе с ним его оружие, платье и орудия, и жену или кого-нибудь другого из женщин, и слугу, его если он любил его, согласно их обычаю.”
“После того как дело Русов погибло, потревожили мусульмане могилы их и извлекли оттуда мечи их, которые имеют большой спрос и в наши дни, по причине своей остроты и своего превосходства.”
“Когда уменьшилось число Русов, вышли они однажды ночью из крепости, в которой они пребывали, положили на свои спины все что могли из своего имущества, драгоценностей и прекрасного платья, остальное сожгли. Угнали женщин, юношей и девушек столько, сколько хотели, и направились к Куре. Там стояли наготове суда, на которых они приехали из своей страны; на судах матросы и 300 человек Русов, с которыми поделились они частью своей добычи и уехали.”
© Ибн-Мискавейх. Книга испытаний народов.
В этом рассказе арабского историка показано, какими были русские воины времён Игоря Рюриковича; каким они обладали оружием, уровнем боевой выучки и стойкостью духа. Те русские, которые ходили на Каспий, ничем не отличались от тех, кто ходил вместе с князем Игорем на греков и печенегов.
Оправившись от понесённого поражения, Игорь Рюрикович в течении трёх лет собрал новое войско и пошёл на Византию.
“В Лето 6452 (944 год). Игорь же собрал воинов многих: варягов, русь, и полян, и славян, и кривичей, и тиверцев – и нанял печенегов, и заложников у них взял, – и пошел на греков в ладьях и на конях, стремясь отомстить за себя. Услышав об этом, корсунцы послали к Роману со словами: “Вот, идут русские, без числа кораблей их, покрыли море корабли”. Также и болгары послали весть, говоря: “Идут русские и наняли с собой печенегов”. Услышав об этом, царь прислал к Игорю лучших бояр с мольбою: “Не ходи, но возьми дань, какую брал Олег, прибавлю и еще к той дани”. Также и к печенегам послал паволоки и много золота.
Игорь же, дойдя до Дуная, созвал дружину, и стал с нею держать совет, и поведал ей речь цареву. Сказала же дружина Игорева: “Если так говорит царь, то чего нам еще нужно, – не бившись взять золото, и серебро, и паволоки? Разве знает кто – кому одолеть: нам ли, им ли? Или с морем кто в союзе? Не по земле, ведь, ходим, но по глубине морской: всем общая смерть”. И послушал их Игорь, и повелел печенегам воевать Болгарскую землю, а сам, взяв у греков золото и ткани на всех воинов, возвратился назад и пришел в Киев во-свояси.”
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
В следующем, 945 году, византийские цари Роман, Константин и Стефан прислали в Киев, к князю Игорю Рюриковичу своих послов, чтобы восстановить прежний мир, какой был заключён при князе Олеге Вещем. Игорь принял греческих послов и с ответным визитом отправил в Константинополь (Царьград) своих представителей, чтобы установить прочный мир и “утвердить любовь между греками и русскими”. Между Русью и Византийской империей был подписан мирный договор о взаимной дружбе и торговле.
К концу своего правления Игорь Рюрикович имел мир со всеми странами, и потому решил заняться улучшением своего положения внутри Русского княжества.
“Игорь же начал княжить в Киеве, мир имея со всеми странами. И пришла осень, и стал он замышлять поход на древлян, желая взять с них еще больше дани.”
© Повесть временных лет. Лаврентьевская летопись.
Гибель Игоря Рюриковича
О дат
Вывод
О дат
Возможно заинтересует
